Category: общество

велеслав

Путь Левой Руки

35. Путь Левой Руки

<6.10.2017; пишу в книжной лавке>
ОБЫЧНЫЙ человек немало знает, но немного может. Всё, что он знает, относится к прошлому, и даже не столько его собственному, сколько к прошлому, пережитому другими людьми и опосредованно дошедшему до него в виде искажённых отголосков, неверно интерпретированных переживаний и перевранных идей. Между тем, наше подлинное переживание Реальности опирается не на память, а на пребывание ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС, где Любовь и Смерть есть ОДНО.
Мы должны иметь готовность пережить на непосредственном опыте то, что считаем своей доктриной, о чём говорим как об Истине. Никто не благословит и не проклянёт нас так, как это делаем мы сами — намеревая то, чему отдаём своё Сердце, притягивая это в свою жизнь. Так, если мы дерзаем говорить о Любви, нам придётся пройти через Смерть, дабы обнажить поток Любви, текущий через нас, обжигающий нас своим Ледяным Пламенем необусловленной и абсолютно безжалостной Благодати, Божественно-Демонической Шакти, и закалить в этом Потоке сияющий Меч нашей Истинной Воли.
Трудно всегда быть честным по отношению к Миру, но ещё труднее всегда быть честным по отношению к самому себе. Легко говорить о бесстрашии, но трудно быть бесстрашным, если ты не пережил инициатическую Смерть, и если твой страх не умер вместо тебя у Врат Посвящения.

Состояние непосвящённого нельзя назвать ни рождением, ни жизнью, ни смертью. Как во сне, мы бредём на наших онемевших конечностях, и наши ноги несут нас, пребывающих в коматозном состоянии, от колыбели до могилы, наша бледная тень проживает пантомиму и никогда не переживает приключения инициатического путешествия. Как и прочие млекопитающие, мы рождаемся, живём и умираем. Но если мы не совершим сознательное усилие для того, чтобы проснуться, если мы не будем использовать и сосредотачивать силы нашей воли, чтобы сделать первый шаг к духовному обновлению, мы не будем, как пел Гомер, теми счастливцами из людей земнородных, кто таинство видел и «...по смерти не будет... доли подобной иметь в многосумрачном царстве подземном» (гимн «К Деметре»).[1]

Формалистский подход, который широко используют практически все без исключения массовые религии, не только не в состоянии помочь человеку пресуществиться Духовно, но и становится зачастую серьёзным препятствием на пути его Духовного Самопознания:

Религия просто-напросто является внешним двором великого Храма посвящения, и она держит мистерию на расстоянии вытянутой руки. Из случайной нити истины, принесённой ветром из посвятительной камеры, религия психотически плетёт и переплетает доктрины и догмы-гобелены надежды и ненависти — и вечный опиум для народа. Религия возвышает тайну, делая из неё непознаваемый секрет, который должен быть погребён в стеклянном гробу, как труп зачарованной принцессы, и которому все должны со страхом поклоняться издалека. Посвящение, с другой стороны, подразумевает непосредственное участие и требует от каждого из нас разбить шкатулку и безумно припасть губами к тайне, добиваясь её, как любовник, который будет приносить ей сокровища в ходе сладкой самоотдачи. Так оно действует, но только строго пропорционально развитости наших способностей и пригодности к тому, чтобы воспринять его.[2]

Путь, которому следует подавляющее большинство людей, может быть назван «путём» лишь с некоторой долей условности, так как в обычном человеке ещё не выкристаллизовалась индивидуальность — то, что делает осуществимым осознанную работу над собой. С «человеком толпы» всё в жизни «случается», как верно замечал Г.И. Гурджиев, и обусловленности его личности, состоящей из навязанных клише и неосознанных заимствований, обуславливают последующие обстоятельства его жизни. Обычный человек живёт преимущественно «механической» жизнью, тогда как Путь в высшем смысле слова начинается там, где машинальность преодолена.
Подавляющее большинство людей инстинктивно страшится вглядываться в Бездну внутри себя, боится раскрытия своей Истинной Природы, что означало бы для них Смерть всего того, что они прежде называли «собой». Но только через Смерть — не физическую, конечно, а инициатическую, через Посвящение, которое всегда есть, в определённом смысле, Смерть посвящаемого, — возможен выход из тюрьмы механического существования.
Острие осознания обычного человека обращено вовне, что является основанием Десного пути, или Пути Удаления. Возврат острия осознания от внешнего к внутреннему знаменует собой переход на Шуйный путь, или Путь Возврата. Истинный смысл Пути Левой Руки — в обращении от иллюзорного к действительному, от внешнего к внутреннему, от заимствованного к Изначальному, от множественности «других» к Единству СЕБЯ.
Обычный человек механически действует из обусловленности и страха. Мудрый действует из Любви и Безмолвия, следуя своей Истинной Воле, которую постигает, раскрывая свою изначальную подлинность, Несмертное НЕРОЖДЁННОЕ — свою Истинную Природу[3].

Как только вы отбрасываете страх, перед вами открывается весь мир, поскольку вам нечего брать от кого бы то ни было; вы знаете только как отдавать, ибо вам не за что держаться. Чем вы можете обладать, если «все есть Вы»? Вы уже и так обладаете всем, и это действительно потрясающее чувство.
<...> Забудьте все внешнее. Только когда ваше сердце растопится и поглотится пламенем желания Возлюбленного, только тогда можно будет считать, что вы приблизились к степени познавшего истинную агхору.[4]

Роберт Свóбода, автор вышеприведённой цитаты, описывающий Вамачару — Путь Левой Руки в индуистской традиции, в главе под названием «Левосторонний путь» разъясняет смысл Агхоры:

Почему агхору называют левосторонним путем? Взгляните на различие между правой рукой и левой, по крайней мере, в рамках индийской культуры. Правая рука подносит пищу и напитки ко рту, совершает религиозные церемонии, делает подношения и выполняет все остальные благие действия. Левой руке приходится выполнять все неприятные обязанности: вытирать выделительные отверстия и даже убивать животных. <...> Агхора — это искусство владения всеми действиями, как благими, так и наоборот. Левое всегда интенсивнее правого, ибо левая часть тела находится под контролем Шакти. <...>
Подвижник-агхори забывает значение слова «неблагоприятный». <...>
Стать агхори — значит принять все существующее во Вселенной как часть Атмы...[5]

Мы не можем имитировать для себя свою Смерть, как не можем имитировать свою подлинность. Смерть, как и истинная Любовь, как и Духовное Самопознание, не терпит лжи и самообмана. Вопреки расхожему мнению, кривда, неправда легко уживается на Десном пути, но исчезает на пути Шуйном. Жизнь личности сплетена из недомолвок, иллюзий и самообманов, тогда как Смерть — инициатическая, осуществлённая ещё при жизни во плоти, — открывает изначальную чистоту нашей подлинности, не личности, но Сущности.

Умереть заживо — значит устранить все дуалистические мысли. Вселенская Душа едина, она не двойственна, поэтому вы должны уничтожить все идеи, связанные с дуальностью: желаемое и нежелаемое, приятное и мучительное, интересное и скучное и т.д. Разве труп делает какие-либо различия? Абсолютно никаких, — и вы, если желаете достичь успеха в агхоре, должны стать в глазах мира трупом.[6]

Быть поистине Живым среди мёртвых и Мёртвым среди живых — вот что значит следовать Путём Левой Руки.



[1] Цит. по изд.: Дюкетт Л.М. Ключ к Ключу Соломона. Тайны магии и масонства / Пер. Frater K.B.V. М.: Клуб Касталия, 2016. С. 15.
[2] Цит. по изд.: Дюкетт Л.М. Ключ к Ключу Соломона... С. 15–16.
[3] Уже цитировавшийся выше Лон Мило Дюкетт (Lon Milo DuQuette), развивая идеи А. Кроули об Истинной Воле и Магии, пишет: «...пожалуйста, не спешите прогонять меня, как ненормального или, ещё хуже, как какого-нибудь дьяволопоклонника. Магия в самом широком смысле этого слова просто представляет собой Науку и Искусство вызывать изменения в соответствии с Волей. Я говорю как о Воле Бога (как это обычно понимается), так и об истинной Воле каждой индивидуальности, которая, при правильном понимании, не может быть чем-то иным, нежели идеальным отражением Божественной Воли. Другими словами, если я буду искать и обнаружу мою истинную Волю — то, что есть моё место во Вселенной, то, зачем я пришёл на Землю, чтобы жить и действовать, — тогда я обнаружу (как единственный значимый и постижимый для меня путь) Божественную Волю для моей жизни» (цит. по изд.: Дюкетт Л.М. Ключ к Ключу Соломона... С. 24–25).
[4] Цит. по изд.: Свóбода Р.Е. Агхора. По левую руку Бога / Пер. Т. Данилевич. М.: Саттва, 1998. С. 194, 195.
[5] Цит. по изд.: Свóбода Р.Е. Агхора... С. 191.
[6] Там же. С. 191.
велеслав

Курс "Теология Язычества и Духовное Самопознание"



Трудно ответить однозначно на вопрос, что самое главное в Язычестве. В зависимости от того, на каком аспекте делать основной упор, будет выстраиваться своя система, свой образ мира. На протяжении 13 бесед я буду делать акцент на Языческой Теологии: Богах, представлениях о Них, практической работе с Их Силами. Не обойду вниманием Языческую мистику в высшем смысле этого слова, Духовное Самопознание, рассмотрю понимание Божественного на Десном и на Шуйном пути, расскажу о практиках работы над собой в плане раскрытия тех или иных свойств души и о поисках свободы от того, что в Учении Великой Нави я называю "божественной одержимостью". Особое внимание будет уделено теории и практике обращения к Богам, технике составления славлений и заговоров. Буду рассказывать о внешних и внутренних практиках, а также о том, что выходит за рамки всех практик...


Записаться на вебинары можно здесь: https://vk.com/event154063017

По всем вопросам пишите Витославе: https://vk.com/id349283798
велеслав

Мой отзыв на книгу Е. Нечкасова


У нас в лавке в Олимпийском двухтомник стоит 1620 руб.


Язычник в эпоху Постмодерна...

(Предисловие влх. Велеслава к книге Евгения Нечкасова)


Есть религиозное — от людей, и есть САКРАЛЬНОЕ — от Богов и даже более: от Бездны НЕРОЖДЁННОГО, от Сверхбожественного НИЧТО — нашей Истинной Природы (АЗ ЕСМЬ) за пределами всего, что мы «знаем» о «себе» и о «Боге».
Религии с их догмами и формалистскими ритуалами придумали люди, в то время как САКРАЛЬНОЕ не придумано никем. Смертоносным вихрем врывается ОНО в уютный мирок нашей обыденности; Вещим Зовом, безмолвно звучащим в Обители Сердца, наносит нам изнутри неизлечимую рану, обнажая нашу полузабытую подлинность, Пробуждением разрывает мóрочные тенеты наших мóрочных снов...
САКРАЛЬНОЕ одновременно влечёт и отталкивает, очаровывает и ужасает. ОНО — поистине по ту сторону «добра» и «зла». САКРАЛЬНОЕ — это не «Бог» и даже не «Боги», но — Чистое Сознание, не обусловленное содержимым ума, Живое Присутствие НЕВЫРАЗИМОГО, открывающееся во всём, если иметь способность видеть, но не пребывающее именно «здесь» или «там». ОНО — ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС, но не во Времени или Пространстве, не вчера или завтра, не в книге или учении. ОНО — в ВЕЧНОСТИ над Временем... Именно поэтому ОНО — всегда ЗДЕСЬ.
То, что «освящено» людьми, — в Духовном смысле не существенно; мнимое противопоставление «освящённого» всему остальному, то есть тому, что не «освящено» руками представителей той или иной религиозной традиции или секты, — можно уподобить «противопоставлению» вещей, ставших игрушками в руках ребёнка, всем остальным вещам, которые ещё не стали таковыми или по каким-либо причинам не могут ими стать. Подлинное САКРАЛЬНОЕ не зависит от «освящённости» или его отсутствия, — ОНО просто не относится к Миру «игрушек» и не зависит от мнения играющего ребёнка на ЕГО счёт...
В современном Язычестве борются две тенденции — стремление «обычных» людей к религиозности и Воля САКРАЛЬНОГО к САМО-проявлению. Невежды, как всегда, жаждут формальной «правильности» и «благочиния», в то время как те немногие, через кого говорят Великие Боги, указывают — самой Жизнью своей — ВЫХОД за пределы собственных обусловленностей, за пределы «себя» к Истинному СЕБЕ. Формалисты создают многочисленные симулякры, эти «копии без оригинала», в то время как озарённые Пламенем БЕЗДНЫ открывают Пути, прочерчивая их собственной Огненной Кровью на плате Времени, — нисколько не тщась сохранить пепел былого, но пылая Живым Огнём ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС.
Таков мой друг и соратник Евгений Нечкасов (Svarte Aske). Он прозорливо умён и философически точен в своих определениях, — но не стóит обманываться формой его речей, ибо суть, которая скрывается за покровом слов, открыта им в непосредственном опыте Живого Богообщения, а здравомысленная разумность его определений рождена из лона Священного Безумия по ту сторону слов...
Он — Язычник не по конфессиональной принадлежности, но по Откровению Духа; и то, что он умеет выразить в словах НЕВЫРАЗИМОЕ, призывает к тому, что его книга должна читаться не только умом, но и Сердцем, или, точнее, умом, погружённым в Чашу Сердца — нашедшим свою «могилу» в Сердце... А затем — простите меня за эти слова, — Чаша Сердца должна быть разбита, чтобы между Беспредельностью внутри и БЕСПРЕДЕЛЬНОСТЬЮ более не было различия...
Не верьте форме, но Ведайте СУТЬ...

Ведающему — достаточно.

[14.12.2014]
велеслав

Священный Символ - ПОЛЯРНЫЙ

Оригинал взят у ltraditionalist в Свастика - символ Полярной звезды.
Просто удивительно, как часто приходится сталкиваться с определением свастики как символа солнца. Очередное подобное заблуждение я обнаружил у vsegda_tvoj в Спорный вопрос об истории свастики: "Русское название свастики — «коловрат», т.е. «солнцеворот». Коловрат символизировал победу света (солнца) над тьмой, жизни — над смертью."

Ничего общего с солнцем свастика не имеет. Свастика - символ Полярной звезды. Русская народная астронимия - это созданные русским народом названия звёзд, созвездий и других объектов звездного неба. Так вот, Для Полярной звезды частотны в разных регионах названия Кол-звезда и Северная звезда. Отсюда и "коловрат". В Древней Руси и на Востоке созвездие Большой Медведицы и созвездие Малой Медведицы объединяли в одно и называли его так: Конь, привязанный к железному гвоздю (Полярной звезде), вбитому в небо. В других звёздах Малой Медведицы наши предки видели аркан, надетый на шею Коня (созвездие Большой Медведицы) . Картина звёздного неба меняется из-за вращения Земли вокруг своей оси. Таким образом, в течение суток конь обегает свой путь вокруг гвоздя.

Полярная звезда

Collapse )
велеслав

Посвящение


Посвящение
Скажи, откройся мне, о, Свастика моя Зелёная!
Не ты ли приходишь, когда всё умерло?

(Второе Слово Алексея Язычника,
Мастера Зелёной Свастики, Роду Русскому)[1]


1. Рассыпаются золой тропы Странника, руки ласкают звёзды...
2. Ладони — пламенем распахнулись крылья — Зелёное Знамя Любви...
3. Не оглядываясь назад, следуй за Ней, о совершенный в несовершенстве!.. — словно всегда впервые, словно Времени нет...
4. Серпом улыбается Небо; Щит Солнца отброшен — теперь ты готов...
5. Вечная Возлюбленная твоя — Мать-Смерть — ждёт тебя...
Ведающему — достаточно.
[2014]




[1] Цит. по изд.: Ариософия Нави: Заветы Арийских Жрецов. Арьяварта, 2009. С. 115.
велеслав

Вечно пелевинское...

- Эх, Петька, Петька, - сказал Чапаев. - Знавал я одного китайского коммуниста по имени Цзе Чжуан. Ему часто снился один сон - что он красная бабочка, летающая среди травы. И когда он просыпался, он часто не мог взять в толк, то ли это бабочке приснилось, что она занимается революционной работой, то ли это подпольщик видел сон, в котором он порхал среди цветов. Так вот, когда этого Цзе Чжуана арестовали в Монголии за саботаж, он на допросе так и сказал, что он на самом деле бабочка, которой всё это снится. Поскольку допрашивал его сам барон Юнгерн, а он человек с большим пониманием, следующий вопрос был о том, почему эта бабочка за коммунистов. А он сказал, что она вовсе не за коммунистов. Тогда его спросили, почему в таком случае бабочка занимается подрывной деятельностью. А он ответил, что всё, чем занимаются люди, настолько безобразно, что нет никакой разницы, на чьей ты стороне.
- И что с ним случилось?
- Ничего. Поставили его к стенке и разбудили.
- А он?
Чапаев пожал плечами.
- Дальше полетел, надо полагать.

© Виктор Пелевин, "Чапаев и пустота"
велеслав

Памяти Доброслава

Доброслав скончался вчера, 19 травня-мая 2013 г.

Приводящийся ниже текст был написан мною в 2011 г. по просьбе Романа Шиженского для биографии Доброслава, но, по ряду причин, так и не был опубликован.

  

Практически единственную, доступную в настоящее время, непредвзятую и честную биографию Доброслава см. по изд.:

Шиженский Р.В. Философия доброй силы: Жизнь и творчество Доброслава (А.А. Добровольского). — Пенза: Научно-издательский центр «Социосфера», 2012. — 218 с.

Шиженский Р.В. Философия доброй силы: Жизнь и творчество Доброслава (А.А. Добровольского). 2-е изд., испр. и доп. — М.: «Орбита-М», 2013. — 272 с.

  

  

  

Светлой Памяти

Внука Даждьбожьего Доброслава!

С миром еси упокойся прахом,

С Родом Небесным сречайся Духом,

Бело убелися во Свете Ирийском,

В Круге Великом от стара к нову

Стезёю Предков славных идя!

Во славу Рода! Гой!

  

  

  

Доброслав

  

  

Доброслав.

Человек — эпоха. Человек — Стихия.

Две противоположности, соединённые вместе в одной личности.

Трагический раскол Русской Души. Трещина между Мирами...

Я вспоминаю начало 2000-х. Доброслав в Москве, в белой Славянской рубахе, в музее имени К. Васильева. Некие люди с плохо скрываемой военной выправкой и невыразительной внешностью фотографируют его на фоне картины «Человек с филином». Тут же на фоне Доброслава спешат сфотографироваться какие-то нетрезвые молодые парни с бритыми головами, — они обступают его со всех сторон, с удовольствием вскидывая правые руки в «римском» приветствии и дико тараща глаза... Доброслав смотрит куда-то вверх, над узколобостью их лиц, — словно бы видит Небо сквозь потолок, сквозь все эти ничего не значащие перекрытия, которые не могут скрыть от него Истинного Неба...

Рядом с Доброславом окружающие его люди кажутся не теми, кто они есть на самом деле. Вернее, так: рядом с ним становится очевидно, что они — не те, кем стараются казаться.

Таков, в определённом смысле, и он сам: бородатый «лесной» отшельник, пишущий на хорошем литературном языке, практически без ошибок, без нелепой «дремучести» и нарочитой «посконности» используемых слов и выражений. «Человек из народа», читавший и оценивший Теософские труды Е.П. Блаватской. Знаток многих достижений современной науки, пьющий горькую с Шабалинским Лешим и вдохновенно пишущий о Русалках...

Радикальный национал-социалист, с нескрываемым уважением высказывающийся о Языческих верованиях других народов...

Он удивительно тонок и мистичен, когда пишет о вроде бы вполне земных, материальных вещах, о человеке и окружающей его Природе, и донельзя рационален, когда говорит о мистике. Он не верит в Богов, но разговаривает с Духами. Он много говорит о почитании Предков, но непросто ладит с окружающими людьми, зачастую подобострастно заискивающими перед ним с «камнем за пазухой».

В его лютой, буквально «прожигающей» бумагу ненависти к «врагам России» чувствуется не столько злоба, сколько боль за поруганное Родное, трагизм понимания неосуществимости идеала на Русской Земле.

Неподдельная Любовь ко всему живому, к Природе, Родине, Родному Народу уживается в нём с искренними проклятиями «чужебесию» и лозунгами типа: «Смерть врагам!» Извечный русский бунт, бессмысленный и беспощадный, разудалая «махновская» вольница сочетается в его душе с немецкой педантичностью сумрачно молнящихся эсэсовских рун.

Его книги вряд ли учат тому, как обрести Лад в Сердце. Скорее, они показывают, каково это, когда Лад утерян, когда Солнце Героев уходит, и кажется, что это — навсегда...

  

«Навсегда уходящему Солнцу Героев — помаши на прощанье рукой...»

  

Влх. Велеслав

[23.11.2011]

велеслав

Из "Книги Ученика"

XXVII

В шуме вечернего города...

<9.04.2013>

[XXVII.1(79)] Шум города за окном, как и любой другой звук, как любое слово, может стать для нас напоминанием о Великом Безмолвии по ту сторону сна. Можно искать тишины в деревенской глуши, в бегстве от городской суеты, а можно раскрыть Внутреннее Безмолвие, невзирая на окружение, не ставя себя в зависимость от окружающего Мира, но, наоборот, используя этот Мир в качестве «лестницы», ведущей за его пределы. Тишина, обретённая в звучащих просторах на вершине Гималаев, немногого стоит, если не коренится в Сердце человека, если мы не можем сохранять умиротворённую невовлечённость в самой гуще толпы, среди резких звуков современного мегаполиса.

Воспрянь, душа!

Когда нет звёзд,

Когда бушует и ярится непогода,

Когда чёрные тучи пугают нас,

Ты должна учиться быть самой себе

Своим собственным светом!

(Хофманнсвальдау, XVII в. e.v.)[1]

[XXVII.2(80)] Есть люди, ищущие Места Силы в труднодоступных урочищах дикой Природы, и есть те, кто ищет Место Силы внутри себя. Есть люди, изучающие труды психологов и пишущие научные диссертации на тему истории психологии, и есть те, кто применяет психологию на практике, обратив её на себя, исследуя свои личины, чтобы отбросить их без сожаления, а не тратить свою Жизнь на попытки адаптации к этому душевнобольному обществу спящих Богов. Пробуждённый непременно является хорошим психологом, в то время как ни один из дипломированных психологов (даже такой гений, как К.Г. Юнг) так и не стал Пробуждённым. На протяжении веков миллионы людей долбили лбами полы в тысячах Храмов, но лишь Святым Безумцам, сидящим на ступенях этих Храмов, позабывшим слова молитв в Присутствии НЕВЫРАЗИМОГО, улыбалось ОНО — Беспредельное НЕРОЖДЁННОЕ... Это Священное Безумие во имя Полярной звезды, ради открытия своего Полюса — Чёрного Солнца Неспящих. «Конечно, учёные нам скажут, что мы близки к людям по нашему генетическому коду, но Северное сияние нам будет гораздо ближе Кремля, Мавзолея, статуи Свободы и прочих вещей» (Е.В. Головин, «Опус в чёрном»)[2].

[XXVII.3(81)] Когда какая-либо Религия «побеждает» в этом Мире, — на самом деле она безнадёжно проигрывает, ибо за своей респектабельностью теряет Живое Присутствие НЕВЫРАЗИМОГО. Бездну нельзя «понять», Духом невозможно «обладать», о Беспредельном говорить — значит обманывать либо обманываться самому. Человек в дорогом церковном облачении (не важно, к какой именно церкви или конфессии он принадлежит) — самый несчастный человек в Мире, ибо это облачение не приближает, но отделяет его от Того, Чему (или Кому) он, якобы, служит. НЕРОЖДЁННОМУ невозможно «служить», ЕМУ невозможно «поклоняться», — ИМ можно лишь упиваться, словно Божественным Вином Экстаза, и в НЁМ можно найти свою Упокоение, как ум находит свою «могилу» в Безмолвии Сердца, дабы отныне и вовек Бездна глядела биллионами несмеркаемых очей из разбитого Сердца Мастера...

(Продолжение следует...)



[1] Этими стихами А.Г. Дугин начинает своё предисловие к книге Е.В. Головина «Приближение к Снежной Королеве» (Головин Е.В. Приближение к Снежной Королеве. — М.: «Арктогея-Центр», 2003. С. 5).

[2] Головин Е.В. Приближение... С. 50.

велеслав

Из "Книги Ученика"

XV

О Традиции и традициях

<11.03.2013>

[XV.1(43)] Существуют традиции как линии передачи Обычаев, и существует Традиция как Метафизическая Реальность по ту сторону сна — манифестация НЕРОЖДЁННОГО через рождённое, Бессмертного через смертные формы. Всё, что может быть передано на человеческом уровне, относится к сфере рождённого, а значит — смертного. При этом переданное может быть как «традиционным» для данного общества, так и «личным», то есть идущим не от освящённой веками традиции данного народа, а от одного конкретного человека. В отличие от традиций, Традиция не передаётся на уровне «человеческом» или, вернее сказать, не передаётся обычными методами, заставляя ученика находить Учителя в своём Сердце, чтобы суметь услышать безмолвные слова Учителя во плоти. О разнице между Традицией и традициями весьма точно говорит Гейдар Джемаль (с отсылкой к статье Р. Генона «Обычай против Традиции»):

...Многие фольклорные традиции на самом деле являются осколками, отголосками, забытыми, уже искажёнными, не помнящими своей сути отпадениями от Традиции. Они передаются людьми, не понимающими значения того, что они передают, такими Аринами Родионовнами, убаюкивающими подопечных своими рассказами, но подлинного, Священного, Тайного смысла того, что они показывают или рассказывают, не понимающими. Это крайняя степень отпадения от Традиции, дегенерации той большой серьёзной Традиции, смысл которой заключается не в том, что нечто передаётся, но смысл которой, если говорить с точки зрения традиционалистов, в том, что Нечто пребывает вне Времени и имеет прямое отношение к тому, что пребывает во Времени. Иными словами, Традиция — это некое явление Вневременного во временном, Внечеловеческого в человеческом.[1]

[XV.2(44)] Истинная Традиция, в отличие от традиций, не нуждается в Жрецах и функционерах от Религии. Она самооткрывается через Зов Бездны, звучащий из Внутреннего Безмолвия и обращённый к Бездне внутри человека, к его Истинной Природе по ту сторону всех имён и форм. Посвящение Бездны — это всегда САМО-Посвящение, ибо идёт не от человеческого, не от личного, а от Вечного. Если традиции передают Огонь, возожжённый Предками (и это в лучшем случае; в худшем передаётся лишь стылый пепел от некогда пылавшего костра...), то Традиция самим своим существованием указует на скрытое в НЕРОЖДЁННОМ Тайное Пламя — Чёрное Пламя Неосквернённой Мудрости, пылающее внутрь Себя. Истинные Учителя Традиции суть лишь отблески Чёрного Пламени, а не служащие Жрецы в Храме, построенном руками людей. Они указуют на НЕВЫРАЗИМОЕ самим своим присутствием, через которое проявляется Присутствие ИНОГО.

Сквозь всё бытие идёт чёрный поток уничтожения. Этот чёрный поток уничтожения, пожалуй, главный и основной знак Невидимой Реальности, того ноумена, который стоит за вещами. Он открывает себя не в том, что он встал перед нами как груша, или как банан, или как магнитофон; он, этот ноумен, открывает себя в том, что он уничтожает грушу, банан, магнитофон. Всё, что есть, уничтожается. И это единственное обозначение ноумена. Значит, ноумен негативен по отношению к сущему, негативен по отношению к человеку. Ноумен — это то, что губит, это, как представляли себе традиционные индуисты, Богиня Кали, увешенная черепами, некая Бездна, в Которой всё исчезает. Эта Бездна действует вокруг нас, Она пронизывает вещи. Мы можем себе представить, что весь Мир — это некое горящее полено. Огонь невидим, но полено на наших глазах чернеет и съёживается. Этот Невидимый Огонь есть прямое присутствие ноумена.[2]

[XV.3(45)] Все традиции, ратуя за сохранение и передачу последующим поколениям произведённых Предками осколков расписных плошек и почтенных суеверий, обращаются к человеческой памяти, растянутой во Времени, тогда как Традиция обращается к ВЕЧНОСТИ над Временем, к НЕРОЖДЁННОМУ в нас, к Тому, Что неподвластно Временны́м Эонам. Истинная Традиция убивает нас, проводя Тропами Мистерий — вводя во Врата Смерти-как-Инициации, за которыми — Слепящая Тьма Изначалья, Сияние ВЕЧНОСТИ... Посвящение в Традицию — это Инициатическая Смерть, Духовное Пресуществление. По-человечески «обладать» или «следовать» Традиции (в отличие от традиций) невозможно, — можно лишь отдаться Традиции без остатка, чтобы сама твоя Жизнь стала утверждением Её Присутствия, живым свидетельством о НЕВЫРАЗИМОМ. В этом отличие Жреческого Знания и Волховского Ведания — знаний традиции и Прозрения Традиции.

XVI

Почитание Морены

<13.03.2013>

[XVI.1(46)] Почитание Великой Чёрной Матери Морены, согласно Учению Великой Нави, это не банальное преклонение перед величием Смерти, не поклонение погибели и уничтожению как таковому, но Прорыв в Бездну НЕРОЖДЁННОГО, Прозрение своей Истинной Природы по ту сторону всех имён и форм. Всё, что можно назвать чем-либо, что можно уподобить чему-либо и отразить в какой либо форме, включая так называемые Божественные Формы, или Лики Богов, — это не Великая Бездна, не Сама Морена, но то, что Она сечёт Своим Серпом, что Она выжигает Своим Чёрным Пламенем. Потому «поклоняться» Морене — Великой Нави, Предвечной Бездне НЕРОЖДЁННОГО — невозможно, да и абсурдно. Она — ТО, ЧТО по ту сторону всякого поклонения и всех определений, за пределами Жизни и Смерти, всего Коловращения, Вечного Возвращения в «дурной бесконечности» замкнутого Времени, за пределами самого созданного Демиургом Космоса. Это в Явленном Мире Она — Мара-Смерть, а за его пределами Она — Бездна НЕРОЖДЁННОГО, наша Истинная Природа, Бессмертное АЗ ЕСМЬ, Сверхбожественное НИЧТО, Абсолютно ИНОЕ, зовущее нас Безмолвным Вещим Зовом вернуться на свою Истинную Родину.

[XVI.2(47)] Тот «Бог», которому поклоняются приверженцы господствующих Религий, это не Конечная Реальность, а слепой Демиург, Пожиратель человеков и Тюремщик душ. Это «Орёл», сидящий на вершине Мирового Древа и пожирающий человеческие осознания, это самоперсонификация тварного света, так сказать, ложная самость Изначального, своего рода ego Бездны, не знающее ничего выше себя, — самозванец на Троне, ошибочно полагающий себя Истинным Царём. Этот «Бог», по сути своей, есть иллюзия, подобно человеческому ложному «я», которое отбрасывается в процессе Духовного Самопознания, просто исчезает, сгорает в миг Прозрения. Когда импульс Удаляющего Потока завершён, когда мы окончательно и безоговорочно утверждаемся на Шуйном пути, или Пути Возврата, Присутствие Морены, Бездна в нас разбивает изнутри сосуд нашего Сердца, прорывает тварные оболочки, дабы разрушилось последнее препятствие — наше обусловленное ложными самоотождествлениями представление о том, что мы «отдельны» от Неё.

[XVI.3(48)] Это очень по-человечески — желать увидеть Морену как Воплощённую во Всём, как Всеобщую Великую Мать, Беспричинную Причину и Корень Всего, но прежде необходимо постичь Её как Абсолютно ИНОЕ, как Сверхбожественное НИЧТО, как своего рода Незаживающую Рану на Вселенском теле Явленного Мира, Космоса, из Которой на нас смотрит Бездна НЕРОЖДЁННОГО. Всё, что ты «знаешь» о Ней, суть знания не о Ней. Она всегда скрыта под покровами в глазах невежд, и в то же время Она всегда обнажена, лишена покровов в глазах Мудрых, потому что Мудрые обнажают СЕБЯ перед Ней. Ибо это наши, «человеческие, слишком человеческие» одежды — наши ложные представления и самоотождествления — создают разделение между нами и Ею. Разумеется, речь идёт не о внешних одеждах, в которые мы облекаем наши тела, а о тех мóрочных покровах души, которые мешают нам видеть Чистый Дух — свою Истинную Природу... Впрочем, согласно Учению Великого Совершенства, мы не можем «видеть» нашу Истинную Природу вообще, потому что мы и есть ОНА, а коренным препятствием для Прозрения своей Истинной Природы является привязанность к идее существования «я-смотрящего», или «я-видящего», в то время как «смотреть» на самом деле нéкому, а «видеть» — нéчего. Потому высшим почитанием Морены, согласно Учению Великого Совершенства, является пребывание в своей Истинной Природе — в Естественном Состоянии Первоосновы без «я-пребывающего», когда Вещий Владыка и Великая Чёрная Мать есть Нераздельное ОДНО.

XVII

Об уникальности человеческого существа

<14.03.2013>

[XVII.1(49)] Человек обладает двумя способностями, которые принципиально отличают его от других земных существ и которые являются основами для практики Шуйного пути. Это, во-первых, способность к осознанию своей смертности (разумеется, растения и животные тоже смертны, но они лишены способности осознавать себя смертными существами, они не могут «памятовать о Смерти», — это привилегия человека), благодаря которому возникает представление о том, что все те формы, которыми мы облечены, являются смертными по самой своей природе; а во-вторых, способность к разотождествлению со своими смертными формами, благодаря чему человек может прийти к осознанию своей Истинной Природы — Бессмертного НЕРОЖДЁННОГО в себе.

[XVII.2(50)] Также человек знает два аспекта Ужаса: во-первых, банальный страх перед Смертью, который отравляет «благостность» его бытия в этом Мире, созданном Демиургом, и заставляет начать Поиск Бессмертия; а во-вторых, это Прозрение Ужаса, которое человек испытывает, когда «приближается» к постижению своей Истинной Природы — Великой Бездны Сверхбожественного НИЧТО, — к тем Вратам, в которые ничему смертному в нас не пройти. Метафизический Ужас перед Бездной — это трепет «человеческого, слишком человеческого» у Врат Великой Нави, предсмертная агония смертного в нас, то есть тех оболочек, которыми нас облёк Демиургический импульс. В сущности, это не НАШ Ужас, — это Ужас того, с чем мы должны разотождествиться, чтобы «обрести» изначально присущую нам, как Бессмертным Пламенам ЧЁРНОГО ПЛАМЕНИ, Свободу.

[XVII.3(51)] Вставая на Шуйный путь, человек реализует своё истинное предназначение — бросить вызов Демиургу, пойти «против Бога и Природы», реализовать окончательную Свободу. Господствующие Религии призывают человека следовать тем или иным правилам, нарушение которых якобы «опустит» человека в «Нижний» Мир, в Навь (не путать с Великой Навью по ту сторону всего Тремирья), в «Ад» и т.п., а исполнение — «поднимет» в «Верхний» Мир, в Ирий, в «Рай» и т.п. Иными словами, речь идёт об обусловленном пребывании на разных уровнях бытия в одном и том же загоне для двуногого «скота», созданном Демиургом, а не об Освобождении. Можно жить в одной камере с «Ангелами», а можно в одной камере с «Чертями», испытывая в одном случае «положительные» а в другом случае «отрицательные» эмоции, но суть того, что ты по-прежнему остаёшься в тюрьме, при этом не меняется. Самым же интересным свойством данного места является то, что никто никого в нём не задерживает, — с чем человек отождествляет себя, к такому уровню бытия он и приковывает себя сам. Лишь радикальное разотождествление себя с чем бы то ни было, с любыми именами и формами, дарует Свободу от цепей Тремирья и «возвращение» на свою Истинную Родину — в Великую Навь.

XVIII

Тайна

<15.03.2013>

[XVIII.1(52)] Всю ночь густой пеленой шёл снег, выбеливая хлюпающую слякоть весеннего чернотропа. Только рассвело, и улица ещё пуста, — всё вокруг словно сокрыто под покровом некой тайны, последней загадки, загаданной нам уходящей зимой... Существуют тайны, скрытые от глаз ученика, и существует Тайна, от Которой ученик закрыт собственным невежеством. Если многие тайны могут быть раскрыты посредством направления внимания и углублённого изучения, то эта Тайна требует раскрытия самого человека, его «обнажения» перед Лицом НЕПОСТИЖИМОГО. На Пути Ученичества искатель встречается с тайнами, которые ожидают определённого срока или определённых уровней готовности ученика, после чего могут быть раскрыты, в то время как Тайна, ради раскрытия Которой существует сам Путь, в определённом смысле, раскрыта всегда, но именно эта раскрытость делает Её невидимой в глазах того, кто привык к работе с грубыми формами, полагая их единственным критерием существования чего-либо.

[XVIII.2(53)] На определённом этапе зачарованность или увлечённость тайнами может стимулировать поиск, а их раскрытие — придавать сил и уверенности в себе. Но то, что для одного может стать подмогой, для другого может превратиться в препятствие, особенно если человек оказывается не в состоянии отличить средство от цели. Когда говорится, что «тайны зовут искателя отправиться в Путь», следует понимать, что дело здесь не столько в «тайнах» как таковых, сколько в личных склонностях самого человека, «зацепленного» за определённые аспекты обучения или следующего своим личным предрасположенностям. Существуют методы обучения, при которых Учитель использует обусловленности и привязанности ученика таким образом, что тот, работая с известным, получает некоторое представление и о Неизведанном, невольно выходя за рамки своих обусловленностей. Но для обычного человека, пытающегося следовать данному методу самостоятельно, такое редко удаётся.

[XVIII.3(54)] Ищущих тайн — немало, куда меньше — призванных Тайной. Если инициатором поиска является наше человеческое начало, то и результаты его редко выходят за рамки «человеческого, слишком человеческого». Когда же на Путь нас наставляет Сама Бездна, когда Тайна прорастает сквозь наши смертные оболочки изнутри, тогда поиски превращаются в Поиск, и дорога, по которой мы идём, пресуществляется в подлинную Стезю Духа. Можно сказать, что Тайна изначально пребывает внутри нас, но для тех, кто не слышит Её Зова, эти слова станут скорее препятствием, нежели подмогой. Потому на ранних стадиях Пути часто используются дуалистические описания, и лишь по мере продвижения человек оказывается способен воспринять объяснения с позиции Недвойственности, не обманувшись ими и не утеряв Путь... Можно сказать, что Тайна заключена в сосуде нашего Сердца, который должен быть разбит изнутри, подобно яйцу, дабы То, Что «заключено» в нём, могло выйти наружу. Но и это описание не следует возводить в абсолют, отдавая себе отчёт в том, что никакие описания не могут в полной мере отразить Неописуемое, и что на разных уровнях мы вынуждены использовать разные описания, в зависимости от личных качеств самого ученика.



[1] Джемаль Г. Революция Пророков. — М.: «Ультра.Культура», 2003. С. 33.

[2] Джемаль Г. Революция Пророков... С. 38.